Нашему земляку, знаменитому танцору Сулумбеку Идрисову, повезло выступать на одной сцене с Муслимом Магомаевым
Асет Вазаева
Недавно музыкальный мир отметил 80 лет со дня рождения легендарного певца Муслима Магомаева. Он пользовался огромной популярностью не только в своей стране, но и далеко за ее пределами.
После смерти мега звезды прошло немало лет (умер 25 октября 2008 года), однако ажиотажный интерес к незаурядной личности великого Артиста и его музыкальному наследию остается. Настоящее искусство бессмертно!
Муслим Магомаев, имеющий чеченские корни, начинал творческую карьеру в Чечено-Ингушской госфилармонии. Еще совсем молодым стал супер-звездой, чей автограф мечтали получить миллионы фанатов. А нашему земляку, знаменитому танцору с мировым именем Сулумбеку Идрисову, повезло не только выступать на одной сцене, но и по-дружески общаться с Королем вокала.
Предлагаем вниманию читателей воспоминания об этом Сулумбека Идрисова – Чародея танца номер два, Заслуженного артиста РФ, почетного академика Академии наук ЧР и Академии ЮНЕСКО. Материал подготовлен к печати при содействии Клуба фанатов Муслима Магомаева, созданного недавно при Национальной музыкальной школе для одаренных детей им. Муслима Магомаева.
Как я «наполовину догнал» Муслима
Я в школе с начальных классов занимался лёгкой атлетикой. Бегал, прыгал как в длину, так и в высоту. Затем занимался боксом, борьбой, акробатикой. Еще увлекался эстрадой. Когда оставался дома один, напевал песни С. Магомедова, В. Дагаева, М. Буркаева. Особенно любил репертуар Муслима Магомаева. Я был влюблён в этот голос. Тогда, подростком и юношей, и не думал, что когда-нибудь встречусь с великим певцом, моим кумиром, и буду общаться с ним.
В 5 классе к нам в школу приехала на практику студентка музыкального училища из Калининграда и вела урок пения. Она выбрала меня и еще одного ученика для участия в районном смотре школьных хоров. Мы, два солиста, с хором должны были подготовить две песни: «Бухенвальдский набат» и «Безымянная высота». Наша Шалинская школа № 1 тогда заняла первое место в районе, а затем на республиканском смотре – второе место.
Когда я поступил на хореографическое отделение КПУ (Грозненское культурно-просветительное училище), с большим интересом внимал рассказам о периоде, когда М. Магомаев приехал в Грозный и работал солистом Чечено-Ингушской филармонии. С белой завистью слушал старших товарищей-артистов, которые знали Муслима и дружили с ним: К. Раисова, М. Дудаева, М. Дидигова, М. Айдамирову и других.
Директором нашего КПУ была Резеда Юсуповна Арсанукаева, которой Муслим Магомаев приходился троюродным братом. В 1968 году на Родину из Швейцарии приехала двоюродная сестра Резеды Юсуповны Дагмара, она же троюродная сестра знаменитого певца. По этому поводу Резеда Юсуповна пригласила М. Магомаева дать в честь почетной гостьи концерт в Грозном. Это было в Саду им. 1 мая. Директор любила меня, выделяла среди других студентов, наверное, из-за моей скромности (своих детей у неё не было). Учился и танцевал я тоже хорошо. В тот день пришёл на концерт пораньше, иначе не попасть. Кроме музыкантов и работников, людей было мало. И я сразу увидел Резеду, Муслима и Дагмару. Резеда, увидев меня, подзывает к себе и представляет гостям:
– Вот мой самый любимый студент, в будущем станет известным танцором и тоже будет прославлять, как ты, Муслим, наш народ, ты только не ревнуй.
Муслим улыбнулся, смущаясь, сказал, что не будет ревновать, и пожелал мне успехов. Он прекрасно выглядел – в чёрном костюме, элегантный, стройный. А я был взволнован от такой встречи. Еще мне врезалось в память: Дагмара в непривычном для нас роскошном наряде – чёрном платье, на голове маленькая шляпка с вуалью, прикрывающей глаза, золотые часы с бриллиантами. Таких «баронесс» я видел только в исторических фильмах. Вот таким было мое знакомство с Муслимом Магомаевым. Затем у него были встречи со студентами педагогического института. О нём писала газета «Грозненский рабочий».
В 1970 году я призвался в армию. Службу проходил солистом в военно-морском ансамбле песни и пляски Краснознамённой каспийской флотилии в Баку, столице Азербайджана. Здесь на праздниках наш ансамбль, как и другие творческие коллективы, участвовал во всех сборных мероприятиях. Однажды после концерта я, в морской форме, подошёл к Муслиму, а он, как всегда, был в окружении фанатов. Заметив меня, поздоровался. Он думал, что я автограф хочу взять, и говорит: «Пропустите матроса, он, наверное, спешит на службу». Я говорю:
– Да, это тоже есть, спешу, но я лучший ученик Резеды Юсуповны, вашей сестры из Грозного.
– Ааа, тот, который будет известным танцором? Пора мне ревновать тебя к успеху или ещё рано?
– Мне Вас не догнать, но буду стараться, насколько смогу.
– Не напомни, не узнал бы тебя. Как дела, служба? Ты на корабле?
– Нет, в ансамбле, только что участвовал в концерте, вместе со всеми.
– Вот видишь, Резеда не ошиблась, растёшь, уже в больших концертах участвуешь.
Затем на протяжении двух лет моей службы мы не раз виделись на сборных концертах. Теперь он сразу узнавал меня, и мы общались.
После демобилизации я поступил в Московский институт культуры. По окончании вуза вернулся в Грозный и устроился в ансамбль «Вайнах», затем работал с Махмудом Эсамбаевым. А когда распался дуэт с великим Махмудом, я уехал в Москву и там полтора десятка лет работал в столичной филармонии, там часто встречались с Муслимом Магомаевым, дружески общались, обсуждали жизнь, работу. Когда я получил звание Заслуженного артиста РФ, он сказал:
– Ну, теперь понимаю, что Резеда не ошиблась в тебе, ты наполовину догнал меня.
Посмеялись, пошутили. Правда, на концерты друг друга мы не попадали, и виделись не часто – гастроли, маршруты разные. Муслим, конечно, великий певец 20 века. Он в десятке великих вокалистов мира. Он мог бы быть оперным певцом, но рамки театра были для него малы, и он нашёл себя там, где мог проявить себя в полной мере. И проявил. Самый молодой Народный артист СССР получил заслуженно всенародную ЛЮБОВЬ. Его нет с нами, но до сих пор о нем помнят, любят, почитают и обожают. Неповторимый, красивый по тембру, силе его голос продолжает звучать и сегодня. Дала гечдойла цунна!
