Амина Масаева
Этот год особенный для нашей республики – он посвящен горным районам. И это не случайно! Ведь именно в горах, среди неприступных скал и ущелий, зарождалась и сохранялась наша история и культура.
Наши предки веками жили в этих суровых, но прекрасных условиях. Они строили неприступные башни, которые до сих пор стоят как свидетели прошлого, создавали уникальные традиции и обычаи, передавая их из поколения в поколение. Горные районы – это место, где каждый камень, каждая тропинка может рассказать свою историю. Здесь жили отважные воины, мудрые старейшины и талантливые мастера.
Когда мы говорим об исламской архитектуре Чечни, часто представляем величественные современные мечети. Но история этих сооружений уходит корнями гораздо глубже, чем принято считать. Археологические находки подтверждают: первые культовые постройки, связанные с исламской традицией, начали возводить в нашем регионе еще в начале XVIII века. Это реальное свидетельство того, как менялась культура и духовная жизнь наших предков столетия назад.
Самой древней мечетью, сохранившейся на территории региона, считается Химойская мечеть, дата постройки которой (XVIII в.) была выгравирована на ее стене. В этот период начинается широкое распространение исламской погребальной обрядности в горных районах Чечни. Большинство дошедших до нашего времени мечетей в горных районах относятся к XIX – началу XX вв., что подтверждается в арабских надписях на их камнях.
В раннеисламское время в качестве мечетей использовали средневековые жилые башни, пристраивая к их южным стенам михрабы. С необходимой ориентировкой этих построек проблем не было, так как стены большинства средневековых архитектурных сооружений были ориентированы по странам света.
Средневековой жилой башней была первоначально мечеть в селении Макажой, в окрестностях озера Кезеной-Ам. Мечеть представляет собой двухэтажное каменное сооружение, ориентированное стенами по странам света. Михраб встроен в центральную часть южной стены на уровне второго этажа, что свидетельствует о том, что здесь находился молельный зал. Сама башня была построена в XIV–XVI вв., а в XVII–XVIII вв., возможно, стала использоваться как мечеть. При этом она несколько раз перестраивалась, в последний раз – в 1824–1825 гг., как об этом свидетельствует надпись на арабском языке на каменной плите.
В Чечне сложилась уникальная для исламской архитектуры традиция пристраивать здания мечетей к боевым башням, которые стали использоваться в качестве минаретов (Шарой, Воуги). Эта традиция дала толчок к появлению здесь в XIX в. мечетей с минаретами, напоминающими по форме чеченские боевые башни с пирамидально-ступенчатой кровлей (Эткали, Хелды). Сохранились старинные мечети, хотя и в руинизированном виде, в селениях Кезеной, Хой, Шикарой, Харкарой, Хакмадой, Бушни, Меши, Коротах. Наиболее ранней из них может быть Кезенойская мечеть, в основание дверного проема которой была вмонтирована надмогильная стела Ади Сурхо, героя эпических песен «Илли». Отец Сурхо, Ада, упоминается в связи с битвой чеченцев с кабардинским князем Тимарком (Темрюком), который жил в XVI в. и был тестем русского царя Ивана Грозного.
К особому виду начертаний на камнях средневековых построек в Чечне относятся эпиграфические надписи, выполненные средневековой грузинской графикой (асомтаврули, нусхури), в основном, имена собственные. «В селении Кашт Итум-Калинского района сохранилась надпись, сделанная на камне жилой башни в селении Кашт (Зумс) грузинским средневековым письмом асомтаврули. Автором эта надпись была зафиксирована и скопирована в 2012 г. При переложении грузинской графики на кириллицу получается следующий текст: АС КХ(А) Ц(А) ЛАТ(И) или АС КЪ(А) Ц(А) ЛАТ(И). При переводе с чеченского языка это означает: «Я очаг не возжег» или «Я не совершил греха», – пишет российский ученый, этнолог, исследователь чеченской истории и культуры Леча Махмудович Ильясов. – С этой надписью связано старинное предание, сохранившееся до сегодняшнего дня. Согласно преданию, два друга пошли охотиться на туров, при этом один из них сорвался в пропасть и погиб. Второму охотнику пришлось на суде старейшин дать очистительную клятву, который признал его невиновность. Вернувшись домой, юноша выбил на камне надпись, в которой он отрицал свою вину в смерти друга. Таким образом, эту надпись можно перевести как «Я не совершил греха».
Эта надпись является дополнительным подтверждением того, что в IX–X вв. чеченцы использовали грузинскую письменность не только в богослужении, но и в обыденной жизни. Камень с надписью резко отличается от других камней позднесредневековой постройки, и видно, что он перенесен из более древнего сооружения. Камни с текстом, записанным грузинским письмом асомтаврули, были найдены в руинизированных каменных постройках в селениях Шарой и Бавлой, но из-за повреждения камней перевод и толкование текста не представляется возможным».
В Чеченской Республике объявлен Год горных районов! Это значит, что в течение всего года мы будем больше узнавать о наших прекрасных горах, их природе, истории и культуре. Горные районы – это важная часть нашего наследия и потенциал для развития.
